Ад · песнь 7 из 34
Круг четвёртый: скупцы и расточители. Плутос и Фортуна
Кратко
Демон богатства Плутос встречает поэтов невнятным криком «Pape Satàn, pape Satàn aleppe!» и оседает, как парус без ветра, от одного слова Вергилия. В четвёртом круге две толпы катят грудью огромные тяжести навстречу друг другу, сталкиваются и бранятся: «Чего копить?» — «Чего швырять?». Многие из них стрижены — это клирики, папы и кардиналы. Вергилий объясняет природу Фортуны: она не слепая злодейка, а служительница Провидения, которая перекатывает блага от народа к народу и не слышит хулы. Затем поэты спускаются к Стигийскому болоту, где в чёрной грязи дерутся гневные, а под водой давятся своим бульканьем угрюмые, «носившие в себе ленивый дым».
Главные моменты
- Скупость и расточительство — один грех о двух концах, потому и наказание общее.
- Тонзуры в толпе: неумеренность к деньгам особенно позорна у духовенства.
- Речь о Фортуне: перемены богатств — не слепой случай, а часть Божьего порядка.
- Стигийское болото: гнев явный (драка на поверхности) и гнев затаённый (пузыри со дна).
- «Мы были угрюмы в сладостном воздухе» — уныние как отравленная радость.
Значение
Деньги и гнев как две формы порабощённой воли; и первый ответ поэмы на вопрос о несправедливости судьбы.